наше отечество — русский язык
 
   
 
 
 
финансы
инвестиции


Малая энциклопедия частного инвестора

«Абсолютно надёжные» векселя далёких стран… Сертификаты, «непременно дающие сказочную прибыль»… Страховки, которые «обеспечат всю семью», «перспективные» вложения в офисные высотки и инновационные предприятия в разгар кризиса… По исследованиям немецкого Министерства прав потребителя, граждане теряют ежегодно от 20 до 30 миллиардов евро из-за недобросовестного финансового консультирования. Как же не «обжечься» на нём начинающему частному инвестору? Мы продолжаем начатую в №7 «Что и Как» тему оптимальных стратегий инвестиций.
 
 
класс вкладчик информация инвестиций потери клиента ответственность продукта


в той же рубрике:



И кто виноват?..

Что делать, если в один не прекрасный день выяснится: вложенные в какой-либо продукт средства пропали – целиком или большей частью? Очень часто это вовсе не результат разумного риска, к которому был готов вкладчик, а вина банковского консультанта, продавца финансовых услуг, издателя рекламного проспекта или менеджеров разорившейся компании. Если их ответственность за потери вам кажется очевидной, стоит попробовать компенсировать свои убытки.

Но для начала следует как можно лучше разобраться в причинах.

Чаще всего причиной потери вкладов оказывается неверная информация в буклете, который всегда должен прилагаться к финансовому продукту – скажем, преувеличение резервов платёжеспособности компании.

К убыткам также может привести неправильное или не соответствующее целям клиента консультирование. Особенно часто это случается при общении с пожилыми вкладчиками, рассчитывающими на скорую прибавку к пенсии и не склонными к риску, распространено навязывание им совершенно непригодных в данном случае договоров. То же может относиться к вкладчику с неустойчивым материальным положением, с тем, кому деньги вскоре понадобятся – скажем, для покупки дома. Многие из инвестиционных стратегий рассчитаны, однако, на долгие годы.

Третьей по распространённости причиной является неудачный, а то и криминальный менеджмент, приведший к краху предприятия, акции или долговые обязательства которого были приобретены.

В первом случае шансы есть у иска об ответственности за ложную информацию в проспекте (Prospekthaftungsklage). Во втором – речь о правовой ответственности консультанта или продавца (Berater-, Vermittlerhaftung). Лишь в третьем случае ситуация выглядит безнадёжной. Если компания (скажем, инвестиционный фонд) старательно выполняла свои обязанности, но просто «не справилась», предъявить ей нечего. Если же речь о криминале – разбираться с этим делом будут сначала на внутрифирменном уровне, и обычный вкладчик едва ли сможет получить некую компенсацию.

Таким образом, реальны лишь первые два иска. Оба сводятся к жалобе на ложное информирование потенциального клиента, а не на недостатки самого продукта. Торговать плохими товарами не запрещено, если честно объявить об их качестве и предоставить выбор покупателю. Ну, например, эдак: «Наш фонд – единственный фонд с гарантией банкротства!». Вот только никто так, по понятным причинам, не поступает.

Формула ущерба

Чего хочет добиться прогоревший вкладчик? Конечно, в первую очередь возмещения ущерба. Но тут необходимо знать его конкретную цифру, что не всегда так просто, как кажется.

Сначала высчитывается, сколько денег клиент внёс в данный, оспариваемый им теперь вклад. Кроме собственно первоначальной суммы, сюда относятся все комиссионные и торговые сборы (Provisionen, Ausgabeaufschlag), административные траты и тому подобные сопутствующие расходы. К сумме ущерба причисляется также неполученная прибыль, которая была бы в распоряжении клиента, размести он свои средства по-иному. Разумеется, ему нужно доказать, что он бы это сделал и как именно. Скажем, если он всю жизнь инвестировал одним и тем же способом, а затем, поддавшись на уговоры, вложил деньги в прогоревшее дело, суд, весьма вероятно, будет исходить из того, что истец мог бы хранить свои средства по-старому, получая соответствующую прибыль.

Из общей исковой суммы вычитаются дивиденды и выплаты по текущему вкладу, а также налоговые льготы, полученные в результате данной инвестиции. И то, и другое – если, конечно, это имело место.

Сто страниц с рекламой и одна с информацией

Когда причиной потери инвестиций оказывается неверная информация в буклете, есть все основания потребовать возмещения ущерба от его издателя. Но чтобы обвинять тех, кто выпустил спорный рекламный буклет, нужно его иметь при себе. Здесь мы хотим обратить внимание потенциальных инвесторов на то, что частенько банковские сотрудники пытаются убедить клиента подписать заверение в том, что буклет им не требуется. Этого делать не стоит. Конечно, практически никто не читает внимательно эти «фолианты» на многие десятки страниц, где о рисках речь может зайти лишь в последней части и мелким шрифтом. Однако ни в коем случае нельзя подписывать отказ от получения такой информации, иначе потом, в спорной ситуации, доказать ответственность противной стороны будет нелегко.

Наиболее распространённые «слабые места» буклетов:

неверная информация о качестве инвестиционного продукта. Например, фонд недвижимости указывает, что владеет лишь новостройками, а на деле приобретает и старые здания;

преувеличение потенциальных выгод, скажем, оперирование цифрами рентабельности, которые в действительности достигались лишь в исключительных случаях, а не на постоянной основе;

сокрытие посреднических звеньев в инвестиционной цепочке, каждое из которых, как известно, должно получить свою долю. Обо всех участниках и их комиссионных или другой форме оплаты их услуг должно быть разъяснено;

намеренные ошибки в моделях расчётов, которые часто используются в проспектах, чтобы служить клиентам наглядным убеждающим примером. Неправильно могут быть рассчитаны проценты, или «забыт» какой-нибудь налог, или просто составители полагаются на невнимательность и слабые познания потенциальных клиентов в математике;

неправильное информирование о степени рискованности вложения. Если существует теоретическая возможность потери всех вложенных средств или тем более ответственности самого клиента (как в случае со многими закрытыми фондами), то крайне важно, чтобы об этом было прямо указано в буклете.

Продавцы консультантам рознь

Часто случается, что вина за то, что клиент получил ложную информацию, лежит не на издателе буклета – в конце концов, этот проспект может и вовсе не существовать, – а на консультанте по финансам, введшим клиента в заблуждение перед подписанием договора. Причём ответственность одинакова для всех, будь то частный советник-одиночка или крупный банк. Но только формально. Потому что в случае признания притязаний неудачливого вкладчика банк без труда выплатит компенсацию, а вот относительно частных предпринимателей надежд на возмещение ущерба меньше: в большинстве случаев они объявляют себя банкротами.

Важно также различать консультантов (Anlage­berater) и продавцов-посредников (Anlage­vermittler). Если первые обязаны исходить из интересов потенциальных клиентов – предлагать альтернативы, представлять объективную картину, то задача вторых – всего лишь продать товар (в данном случае – определённый вид вложения). Например, в обязанности продавцов-посредников не входит информирование о товарах конкурентов, даже если они однозначно лучше для клиента. Соответственно, в случае возникновения конфликта ответственность продавца-посредника значительно ниже.

При переговорах относительно своих инвестиций всегда рекомендуется заключать договор консультирования (Beratungsvertrag). В противном случае есть риск, что советник при последующих жалобах со стороны клиента представит себя обычным, ни за что не отвечающим продавцом.

Консультант же обязан проверять и верность информации, предоставляемой тем, кто выпускает предлагаемые им финансовые продукты, и их соответствие целям, желаниям, возможностям, а также инвестиционному опыту обратившегося к нему человека. Другими словами, он должен действительно всерьёз консультировать, а не просто передавать имеющуюся в его распоряжении информацию.

Классы риска

В банках при беседах об инвестиционных планах обязательно заполняется опросник относительно личной и имущественной ситуации, целей и намерений клиента. В частности, определяется степень (класс) риска, на который готов идти будущий вкладчик.

Существует пять основных классов, распределённых по степени готовности частного инвестора к рискованным вложениям.

Первый класс – ориентирован, прежде всего, на надёжность. Клиенту могут предлагаться к приобретению доли долговых обязательств европейских государств с доказанной кредитоспособностью (Euro-Anleihen), в фондах краткосрочных инвестиций (Geldmarktfonds) на европейской территории, в фондах облигаций, предпочитающих краткосрочные ценные бумаги. Также до сих пор к этому классу относятся открытые фонды недвижимости, хотя их положение существенно пошатнулось.

Второй класс обычно называют консервативным. Кроме перечисленных выше продуктов, здесь могут быть добавлены долговые обязательства и бумаги в иных твёрдых валютах, кроме евро, а также интернациональные фонды облигаций.

Третий класс – ориентированный на дивиденды. Здесь подключаются зарекомендовавшие себя фонды акций и собственно акции немецких предприятий, некоторые опционы.

Четвёртый класс – спекулятивный. Приобретаться могут также более сомнительные акции, рискованные долговые обязательства с повышенной процентной ставкой, различные опционы и фьючерсы, являющиеся уже практически профессиональными продуктами.

Пятый класс можно также отнести к спекулятивным. Часть капитала вкладывается в фонды и акции второго ранга различных стран (в том числе развивающихся), в высоко спекулятивные ценные бумаги.

Отметим, что относить себя к консервативному типу представляется разумным даже для тех, кто не лишён азарта, поскольку при негативном развитии событий это послужит дополнительным аргументом в пользу истца.

Консультант вызывается к барьеру

Типичные ошибки консультантов (случайные или намеренные), за которые возможно призвать их к ответственности:

• клиенту сделаны предложения, не соответствующие его целям;

• скрыт тот факт, что в прессе и экспертном кругу есть негативное мнение о продукте;

• не проверена надёжность продукта, платёжеспособность выпускающей его компании;

• скрыто, что проверить платёжеспособность эмитента (того, кто выпускает ценную бумагу) не представляется возможным;

• предлагается «выгодное» вложение, для которого, в свою очередь, требуется взять кредит под проценты явно выше возможных будущих дивидендов;

• скрываются коммерческие отношения, обоюдная заинтересованность между эмитентом и финансовым институтом;

• замалчивается тот факт, что гарантии для вклада предоставляет финансово слабая компания;

• нереально высоко оцениваются шансы продукта по сравнению с ему подобными;

• скрывается размер накладных расходов;

• умалчивается о получении данным сотрудником комиссии за продажу конкретного продукта. Если эта информация на самом деле осталась тайной для клиента, всему банку могут угрожать немалые неприятности;

• расхваливаются связанные с продуктом налоговые льготы, несмотря на невысокий доход клиента, который всё равно не позволит ими воспользоваться;

• пожилым клиентам предлагаются продукты с долгосрочной перспективой;

• умалчивается возможность полной потери вложенных средств.

По дороге к адвокату

Если действительно доходит до существенных убытков для клиента, и он обвиняет в этом консультанта, через которого был заключён договор, нужно помнить о том, что, по нынешним законам (которые, впрочем, планируется изменить в пользу вкладчиков), клиент должен доказать, что был введён в заблуждение.

По этой причине рекомендуется на любые переговоры в банке или финансовом агентстве брать с собой доверенное лицо, которое могло бы впоследствии выступить свидетелем.

Другая рекомендация – протоколировать ход консультации. Или, по крайней мере, кратко записать выводы по её окончании, а также взять себе копии всех возникших по ходу пометок, примеров, схем, которые так любят чертить финансовые советники, рассуждая о выгодах каких-либо инвестиций.

Что касается просто продавцов определённых продуктов, то, хотя в их обязанности и не входит выдача рекомендаций клиенту, однако они также должны объективно информировать его о своих товарах и услугах. Если эта информация была ложной, продавец тоже несёт ответственность.

Подавать иск на недобросовестное оказание услуг рекомендуется, обратившись за помощью к адвокату – желательно к тому, который специализируется на инвестиционном праве (Kapitalanlagerecht). Такой эксперт, возможно, будет стоить дороже, чем универсальный адвокат, но зато возрастут и шансы на успешный исход дела.

«Знаком качества» адвоката, если можно так выразиться, послужит и его предложение не инициировать сразу же судебный иск (который для него, конечно, выгоднее), а попробовать прийти к внесудебному мировому соглашению (außergerichtliche Einigung). Очень многие конфликты в этой сфере заканчиваются именно так – с экономией для нервов, времени и, в конечном счёте, денег клиентов.

Жалобы – бесплатно и не очень

Особой формой подачи жалобы на действия банковского консультанта служит обращение к омбудсмену (своего рода неофициальному надзирателю) частных банков (Ombudsmann der privaten Banken). Отметим сразу, что это невозможно в отношении сберегательных касс и некоторых других финансовых институтов (Sparkassen, Genossenschaftsbanken, öffentliche Banken), которые имеют собственные подобные органы.

Примирительная процедура для вкладчиков в данном случае бесплатна, и её решение при сумме спора до 5 тысяч евро обязательно для исполнения банком. Если сумма выше, банк вправе оспорить решение. Клиент же в любом случае может оспорить его в судебном порядке.

Хотя процедура обращения за помощью к омбудсмену достаточно проста, существуют некоторые обстоятельства, которые делают этот путь разрешения разногласий невозможным. Скажем, необходимость заслушивания свидетельских показаний.

Если вкладчик чувствует себя обманутым, но не имеет опыта и возможности для своей защиты, он может начать с недорогой (от 15 до 60 евро) консультации в Обществе защиты прав потребителей, где ему подскажут возможные дальнейшие шаги. Первичная консультация сразу у адвоката будет стоить до 190 евро плюс НДС (это максимум, которого адвокат, однако, вовсе не обязан непременно придерживаться).

И ещё: не следует тянуть со своими претензиями – в некоторых случаях срок давности по таким делам составляет всего три года с момента осознания клиентом обмана.



Борис Хафенберг

№ 17, 2011. Дата публикации: 29.04.2011