наше отечество — русский язык
 
   
 
 
 
Связь времён


Еврейский сын русского народа

29 июня 1889 года родился будущий командующий тылом 6-й армии Юго-Западного фронта генерал-майор Григорий Зусманович
 


Григорий появился на свет в еврейской семье в селе Хортица Екатеринославской губернии. Отец был ремесленником. Обстоятельства позволили Григорию закончить только четыре класса сельской школы. Чтобы помочь семье, он начал работать грузчиком, смазчиком, а затем вальцовщиком на мельницах в Харькове, Бердянске, Павлограде. Как указывается в архивах, во время Первой мировой Зусманович командовал взводом в боях под Каменкой и Знаменкой, где шли особенно упорные сражения.

В декабре 1917 года Зусманович без колебаний вступил в Красную гвардию, а после заключения Брестского мира, его отряд в полном составе прибыл в Москву. В конце 1918 года он, уже в ранге комиссара, командовал продовольственно-реквизиционной армией (Продармией) Наркомпрода РСФСР, что в основном и определило его дальнейший жизненный путь.

Когда Григорию Зусмановичу не исполнилось ещё и 30 лет, он стал членом Реввоенсовета Резервной армии. Во время особенно напряжённых боёв на Южном фронте 30-летний Зусманович был назначен командиром 47-й стрелковой дивизии 12-й армии… Но мы не будем приводить весь послужной список этого весьма дисциплинированного и ответственного командира. Почти всё время между двумя мировыми войнами, хотя и не непрерывно, он прослужил в Украине. Репрессии 1937−1940 годов обошли его стороной. Возможно, это связано с тем, что как раз в эти годы его перевели в Закавказский военный округ начальником тыла и начальником снабжения округа. Именно там 4 июня 1940 года Зусмановичу было присвоено звание генерал-майора. Успел потрудиться он и в должности преподавателя и помощника начальника Военной академии тыла.

Три месяца спустя после вторжения немецких войск на территорию СССР, в сентябре 1941 года, Григория Зусмановича назначили заместителем по тылу командующего 6-й армии Юго-Западного фронта маршала Семёна Тимошенко. В ходе Киевской оборонительной операции 6-я армия была окружена немецкими войсками, но Григорию Зусмановичу удалось с небольшой группой солдат выйти из окружения.

В мае 1942 года войска Брянского, Юго-Западного и Южного фронтов должны были окружить 6-ю немецкую армию генерала Фридриха Паулюса (Friedrich Paulus) в районе Харькова, чтобы отсечь группу армий «Юг», прижать её к Азовскому морю и уничтожить. К 17 мая Красной Армии удалось потеснить армию вермахта и подойти к Харькову. Однако в соответствии с разработанным планом немецких войск под названием «Фредерикус-Юг» (Operation Fridericus), 1-я танковая группа Пауля фон Клейста (Paul von Kleist) нанесла удар в незащищённый тыл наступающих частей 9-й армии Южного фронта и прорвала оборону.

Ситуация для советских войск стала критической, и всё же маршал Тимошенко и член Военного совета Хрущёв побоялись сообщить правду Ставке. В результате были потеряны драгоценные дни, и уже 23 мая пути отхода на восток для советских войск были отрезаны. Только пять дней спустя Тимошенко отдал приказ о прекращении наступления, однако было уже поздно. «Барвенковский котёл» под Харьковом стал одним из наиболее трагических поражений Красной Армии в годы Великой Отечественной войны. Общие потери советских армий составили, по разным данным, от 239 000 до 270 000 человек, в том числе 171 тысяча убитыми.

«Почему-то со стороны наших частей и командования, расположенных на противоположном берегу, никаких мер по оказанию помощи выходящим из окружения принято не было, – писал в своём докладе об этом прорыве начальник оперативного отдела штаба 57-й армии полковник Смирнов. – Подходившие к Северскому Донцу отряды, многие с техникой, огневой поддержки не получили. Переправы на реке построено не было, в связи с чем многие бойцы и командиры погибли, переплывая реку. Содействия авиации также не было». В бою восточнее Краснограда генерал-майор Зусманович был ранен в ногу и, не имея возможности двигаться, попал в плен. Точная дата пленения не установлена.

В лагере Хаммельбург

Летом и осенью 1942 года Зусманович находился в отдельном генеральском блоке лагеря во Владимир-Волынском, на самом западе Украины. Далее, в связи с ухудшением здоровья, лежал в немецком госпитале в польском городе Холм. В 1942 году был вывезен в Германию, в лагерь Oflag-XIII D, который располагался на территории полигона Хаммельбург (между Франкфуртом-на-Майне и Нюрнбергом).

Здесь за время Великой Отечественной войны побывали тысячи пленных командиров Красной Армии, в том числе 12 генералов. Майор Пётр Палий, попавший в этот лагерь в 1942 году, рассказывал: «Лагерь был разделён на 9 блоков, из них 3 русских. С прибытием нашей группы население русских блоков стало составлять около четырёх тысяч человек. Русские блоки и блок, где находились казармы немецких солдат охраны, были по одну сторону центральной части, а по другую был лагерь английских, канадских и американских пленных офицеров. В офицерском лагере для этих наций были хорошо оборудованные бараки, библиотеки, спортивные площадки, клубы, даже кино…»

Это подтверждает и Крис Кристиансен (Chris Christiansen), один из представителей Красного Креста, неоднократно посещавший Хаммельбург: «Бараки были оборудованы кухней, столовой, библиотекой, часовней, комнатой отдыха, а также туалетом и отдельными душевыми. На нарах у каждого военнопленного имелся матрас, набитый соломой и опилками, и два одеяла: одно из хлопка – лагерное, второе – шерстяное, полученное от Красного Креста. Военнопленным полагался маргарин, картофельный суп и даже кое-какие мучные изделия». Но пленные офицеры Красной Армии ничего от Красного Креста не получали. «Русские ничего не ели, кроме картошки, – пишет тот же Кристиансен. – Ужасным контрастом выглядело то, что по соседству с советскими военнопленными, умиравшими от голода, находились пленные, чьи шкафчики были полны еды, а плитки шоколада они просто не успевали съедать…»

«Если Советский Союз устоял и не распался при первом сокрушительном ударе Германии, то будущее становится очень неопределённым. Там, в этом „генеральском бараке“, не было единого мнения ни по одному вопросу, но у всех у них, безусловно, был известный „комплекс вины“… Генералы прекрасно знали официальную политику Советского Союза относительно содержания военнопленных, знали об отказе Сталина присоединиться к Женевской конвенции Международного Красного Креста и о причинах этого отказа. Они также трезво оценивали положение массы пленных в случае победы союзников и СССР над Германией при репатриации, в том числе и своё собственное. Если для многих репатриация сулила многолетнее заключение в концлагерях, то для них это был приговор к расстрелу», – писал майор Пётр Палий.

В лагере Хаммельбург работала специальная комиссия по отбору технических специалистов для использования на различных немецких гражданских и военных объектах. Как вести себя в этой обстановке? И можно ли в немецком бараке забыть, как советская власть в предвоенные годы расправилась с собственными военными командирами высших рангов?

Хотя младшие по званию пленные советские офицеры формально не подчинялись своим бывшим начальниками, последние понимали, что их поведение до известной степени служит примером для бывших подчинённых.

Можно лишь догадываться об этих и подобных противоречивых чувствах генерал-майора Григория Зусмановича, генерал-лейтенанта Дмитрия Карбышева (убит в Маутхаузене в 1945 году), генерал-лейтенанта Филиппа Ершакова (погиб в Хаммельбурге в 1942 году), генерал-майора Михаила Романова (погиб там же в 1941 году), генерал-майора Ивана Никитина (расстрелян там же в апреле 1942 года) и других пленных советских командиров высшего звена.

Почти все они были офицерами царской русской армии (не зря боевые товарищи называли Григория Зусмановича «еврейским сыном русского народа»!), почти всем было больше пятидесяти лет. Поэтому к любому из них можно отнести характеристику, написанную немецким чиновником по поводу Карбышева: «Этот кадровый офицер старой русской армии, человек, которому перевалило за шестьдесят лет, оказался фанатично преданным идее верности воинскому долгу и патриотизму… Карбышева можно считать безнадёжным в смысле использования у нас в качестве специалиста военно-инженерного дела». И в результате очевидный вердикт: «Направить в концлагерь Флоссенбург на каторжные работы, никаких скидок на звание и возраст».

… За отказ сотрудничать с немецкой администрацией Григорий Зусманович был переведён в тюрьму Нюрнберга, а затем в крепость Вайсенбург. Скончался в Освенциме в июле 1944 года.

Но остаётся вопрос: почему одним пленённым генералам посмертно присваивали высокое звание Героя Советского Союза, а другим, таким же мужественным и честным, – нет?




Виктор Фишман

№ 26, 2020. Дата публикации: 26.06.2020
 
 
красной майор немецких армии тимошенко креста пленных фронта июня красного войск лагерь юго западного советских майора григорий зусманович хаммельбург генерал
 
 

в той же рубрике:

 
 
 
       
 
   

 
         
 
         
форум
Есть в "РГ" два журналиста на "Ф"- Первы...
«Еврейский сын русского народа» "находил...

Имя
 
Сообщение