наше отечество — русский язык
 
   
 
 
 
Заметки пристрастного наблюдателя


Венесуэла: карнавал разбушевался

Вслед за несчастным боливаром, перевалившим недавно рубеж 100 миллионов за один доллар, инфляция набросилась на власть в стране. С прошлой недели там уже целых два президента. Напомню, что после того, как парламент – Национальная ассамблея – попал в руки оппозиции, правящий клан создал параллельную структуру – Конституционную ассамблею.
 


«Сегодня я официально признаю главу Национальной ассамблеи Венесуэлы Хуана Гуайдо переходным президентом Венесуэлы. В качестве единственной ветви власти, которая была законно избрана народом Венесуэлы, Национальная ассамблея со ссылкой на Конституцию страны объявила Николаса Мадуро незаконным, а пост президента вакантным», – заявил на прошлой неделе президент Трамп.

Следуя за США, лидера парламента признали главой государства многие страны. В том числе Канада, Бразилия, Аргентина, Колумбия, Чили, Перу, Парагвай, Израиль.

В то же время пропасть между ЕС и президентом Трампом достигла размеров Венесуэлы. Брюссель до сих пор (вторник вечер) не занял позиции против Мадуро. Британия, Франция, Испания прикрываются какими-то странными ультиматумами, «если через 8 дней не будет объявлено о выборах…». Почему 8? Что это за мистика?…

Германия традиционно выступает за всё хорошее, против всего плохого даже в фавелах Каракаса, но канцлер пока не обозначила своё отношение к противостоянию размножившихся ветвей власти в Венесуэле.

Турция, Куба, Боливия, Россия и Мексика заявили о поддержке Мадуро. Китай, окидывая взглядом 70 миллиардов долларов инвестиций в Венесуэлу, дал понять, что он за старую власть. За Мадуро поднял руку и Минск. Хотя за последние годы оборот торговли между двумя странами ужался с одного миллиарда долларов до шестисот долларов в прошлом году.

На улицах городов и столицы третью неделю собираются огромные толпы людей. Многим здесь в Европе всё это кажется чем-то вроде большого Майдана, какой-то увертюры бескровной революции.

«Венесуэла рвётся к свободе» – пишут коллеги.

Рваться-то она рвётся, сомнений нет. И насчёт свободы тоже. Вот только у нас с вами и венесуэльской вечно голодной, нищей, бомжующей толпы разные представления о свободе.

Я спрашиваю себя, как может вообще работать демократия в стране, где 87 процентов населения живут на пособии, продовольственной помощи, а остальные 12 процентов – на доходы от контрабанды, спекуляции, наркотрафика, рэкета и мелкого бандитизма? 20 лет маргинальная толпа «честно» голосует за Чавеса-Мадуро. С чего бы ей теперь перемениться? Потому что соседи считают молодого политика Гуайдо лучше матёрого Мадуро? Так толпа эта 20 лет как раз и ненавидит заносчивых соседей! А её лидеры на этой ненависти все годы строят свою политику.

«Для европейцев Хуан Гуайдо – храбрый молодой оппозиционер, бросивший вызов обанкротившейся диктатуре, – размышляет местный политолог. – Но огромная историческая инерция делает Хуана Гуайдо, назначенного Трампом без выборов главой Венесуэлы, очередным представителем внешней имперской силы, которая приступила к очередному вмешательству.

То же касается возвращения к норме. Жителям просоветских диктатур Восточной Европы в целом справедливо казалось, что, убрав левые режимы, они вернутся к европейской норме всеобщего буржуазного благополучия. Но в Латинской Америке такой нормы попросту нет.

Если средний класс Каракаса или жители богатых нефтяных городов заинтересованы в возвращении к Венесуэле до Чавеса, то для чавистов, сторонников боливарианского социализма и просто бедных это менее очевидно. Им скорее представляется, что при смене режима на менее левый они останутся такими же бедными, но вдобавок ко всему окажутся выброшенными из политики, которая из массовой вновь станет элитарной.

Классовая разобщённость и антиамериканизм в Латинской Америке так сильны, что способны вынести глубокую экономическую катастрофу при условии, что бедное большинство продолжает считать режим своим, а себя – соучастником власти, в то время как в образованной демократической оппозиции видит чужаков».

Товарищ Сталин против товарища Сталина

Добавим бреда в венесуэльский карнавал! Рядом с президентом-спикером Хуаном Гуайдо находится гораздо более интересный тип. Тот, кто реально занимается всей практической деятельностью оппозиции. Его зовут Иван Сталин Гонсалес Монтаньо (Iván Stalin González Montaño). Он сейчас вице-президент Национальной ассамблеи Венесуэлы.

Поразительно, что карибской инкарнацией Сталина считает себя и бывший/действующий президент Венесуэлы Мадуро.

«В мире есть люди, которые считают меня Сталиным Карибского региона, и я похож. Посмотрите на профиль: я смотрюсь в зеркало и мне кажется, я похож на Сталина», – заявил венесуэльский лидер в эфире популярной воскресной телепередачи на канале VTV в 2017 году.

Впрочем, товарищ Мадуро в чём-то и покруче товарища Сталина. Он, оказывается, с некоторых пор обладает даром перемещения во времени.

Во время выступления в эфире государственного телевидения в середине января Мадуро рассказал (это не фейк!), что ему удалось побывать в будущем, где он смог посмотреть на развитие своей страны. По его словам, «в будущем у Венесуэлы будет всё хорошо, она будет более сильной, а население мудрым».

Вот что кокс марки «зеро» творит с людьми на далёких карибских берегах! Водка на такое не способна…

История болезни

О том, что у Венесуэлы крупнейшие запасы нефти в мире, знают, кажется, даже дети. Юлия Латынина великолепно описала, как эти богатства превращались в иллюзию.

«Начиналось всё с малого – с национализации нефтедобычи, – пишет Латынина. – Именно благодаря нефти Венесуэла в 1950 годах была на третьем месте по уровню доходов на душу населения в Латинской Америке. Национализация это дело быстро поправила, и доходы начали ползти вниз.

Тогда для трудящихся зафиксировали цены на продукты. Продукты исчезли. Виноваты, как сами понимаете, были пиндосы и спекулянты. В магазины для борьбы со спекулянтами ввели армию. Продукты почему-то не появились. Люди стали выходить на улицы. Награды за подавление бунтов стали выдавать войскам туалетной бумагой.

В 2016 году, когда надо было праздновать Новый год, вопрос с игрушками для народа решили просто: взяли и реквизировали 4 млн игрушек у частников. И что вы думаете? К 2018 году игрушек вообще не завезли.

В стране ввели официальный курс доллара, отличавшийся от рыночного на порядок. Заведовать процессом поставили ещё одного приближённого Чавеса – Алехандро Андраде (Alejandro Andrade). Из вышибалы-телохранителя он превратился в главу казначейства. На этом посту он заработал 1 (один) миллиард долларов, давая дружкам возможность менять боливар по льготной цене.

Славно потрудившись на благо народа, Андраде переехал во Флориду и там в ноябре прошлого года получил за этот миллиард десять лет. В своём последнем слове отважный коммунист пообещал сдать всех своих напарников по борьбе за счастье венесуэльского народа против пиндосов.

Параллельно падала нефтяная промышленность. Венесуэльская государственная нефтяная компания – PDVSA – поставила абсолютный гиннессовский рекорд. Она управляется хуже, чем „Роснефть“. Вы скажете, что это невозможно, но Мадуро старался.

Добыча нефти в Венесуэле упала с 3,8 млн баррелей в сутки сначала до трёх, потом до двух. Страна оказалась неспособна выполнять свои обязательства по поставке нефти перед двумя главными спонсорами – Россией и Китаем. В сложившейся ситуации венесуэльцы, разумеется, предпочли кинуть Россию.

Чтобы поднять производство, Мадуро в апреле 2018 года арестовал всю верхушку PDVSA и поставил во главе компании военного – генерал-майора Мануэля Кеведо (Manuel S. Quevedo Fernández). Генерал-майор поклялся тут же „углубить социализм“. Углубление социализма выглядело в его понимании очень просто – как полный отказ от повышения зарплат „саботажникам“ и „ворам“. Так новый начальник называл рабочих и инженеров компании. Инфляция в стране к этому моменту составляла 1,4 млн процента в год, и зарплаты саботажников стремились к нулю. Саботажники начали массово увольняться. Вместо них к датчикам и вентилям стали ставить солдат.

Читать датчики солдаты не умели. Производство рухнуло снова, причём в буквальном, физическом смысле: ломались вышки, текли трубы… Виноваты были, конечно, враги.»

Статистика бывает эмоциональнее слов. Вот что говорят цифры.

Если, в 2014 году почти 80% семей в Венесуэле каждую неделю покупали курицу и мясо, то к 2017-му это стало по карману лишь 40% семей. С молочной продукцией всё было ещё хуже – в 2014-м её могли себе позволить 47% семей, а в 2017 – только 19,2%. Год назад кофе могли себе позволить лишь 13,7% венесуэльских семей.

Радикальные меры, предпринятые для преодоления кризиса, не получили поддержки населения. Ради экономии электроэнергии власти сокращали рабочий день госслужащих, чтобы меньше использовать кондиционеры. Малоимущим семьям запретили посещать субсидируемые государством магазины чаще двух раз в неделю.

«Когда я был в Венесуэле, правление Чавеса выглядело как попытка построить параллельное новое общество без полного демонтажа старого, – вспоминает московский журналист Александр Баунов. – Этим боливарианский социализм отличался от классической советской модели, которая по тексту своей главной песни требовала старую жизнь полностью демонтировать и строить на граунд-зеро.

В Венесуэле рядом с торговыми центрами открывались магазины для бедных Mercal с фиксированными „справедливыми“ ценами (ими управляли близкие соратники Чавеса). Под светящейся рекламой американских газировок сторонники президента-команданте расписывали стены антиамериканскими граффити. Одновременно с дорогими частными и перегруженными муниципальными клиниками в трущобах вели приём кубинские доктора, посланные Кастро в обмен на венесуэльскую нефть (семьи врачей – дома, чтобы те вернулись, но многие всё равно бежали в американское посольство).

Чавес довольно быстро нашёл рычаги влияния на телевидение, но большинство основных газет и радиостанции оставались (некоторые до сих пор) настроенными враждебно. В пику им он развернул собственную боливарианскую прессу и общался с народом напрямую поверх журналистов на воскресных (практически месса) прямых линиях с народом Aló Presidente с одиннадцати утра до пяти вечера».

Табор не уйдёт в небо

Недавно на страницах газеты мы уже обсуждали устройство Венесуэлы. Она не устроена так, как нам отсюда представляется. Страна не делится на «хороших» сторонников оппозиции и «ужасных» фанатов власти. Венесуэла разделена на тех, кто кормит и кого кормят.

Нефть, кокаин и воровство государственных средств – это бизнес власти. Она содержит армию, спецслужбы и тончайший слой специалистов, управленцев, бизнесменов, журналистов. Лучшие представители простого народа тащат всё, что плохо лежит, фарцуют всем, что продаётся, бандитствуют по мере возможности и духа. Три миллиона людей с реальными профессиями из страны за последних два года сбежали. Остальные – социальный мусор, развращённый десятилетиями чавизма, госопеки, бездельники в поколениях и деграданты.

Кто завтра их будет кормить и держать в рамках, если нынешняя власть сбежит в свой карибский Ростов?

Соседи? Да они закроют границы через неделю после падения Мадуро. Кому нужны ещё три миллиона беженцев из Венесуэлы? Или пять?

Трамп? Но, кажется, он своих служащих уже не кормил месяц… ЕС? Китай? Группа Лима? Всё не так просто.

На заре моей жизни в Германии мы с семьёй находились в лагере для беженцев вместе с сотней цыганских семей из Румынии. Это было незабываемое впечатление 24 часа в сутки.

Каждый день окрестные немцы тоннами везли гуманитарную помощь для наших соседей. Начальство принимало её и аккуратно складировало в большом бараке в течение дня. На ночь помещение запиралось. А с утра планировалась раздача гуманитарки всем жаждущим по справедливости. Но каждое утро начальник находил склад взломанным и опустошённым. Гордые синти и рома не желали подачек. Они брали всё сами.

Вот таким лагерем, только на 25 миллионов человек может стать Венесуэла. Если, конечно, «прорвётся к свободе».

Но не думаю, что мафиозный клан Мадуро-Кабельо так легко отдаст свою вотчину какому-то мальчишке. Пусть он и признан Трампом.

Они ещё не сказали своего ответного слова. И толпа для них отнюдь не угроза. Они ведь сами выросли из такой толпы.

Есть ли выход из этого жуткого тупика или мы получим, вдобавок ко всем нашим проблемам, новую Сирию во взрывоопасном Карибском регионе? Невесёлый венесуэльский карнавал легко может превратиться в отчаянную гражданскую войну. По крайней мере нынешнему правящему клану Венесуэлы точно есть что терять. Во главе этого клана стоит не один президент-непрезидент Мадуро. Есть и другая фигура – Диосдадо Кабельо (Diosdado Cabello Rondón).

Формально он теперь – глава Конституционной ассамблеи. Но знающие расклад люди считают, что Кабельо – чья функция была обеспечивать связь между всеми столпами и попутчиками чавизма – армией, партией, медиа и «белыми образованными», которые присягнули Чавесу, – объективно является настоящим лидером государства, пока Мадуро машет флагом перед телекамерой. Он ведёт переговоры, бодрит генералов, выступает с воинственными заявлениями и утверждает, что находится на связи с Гуайадо. Проблема в том, что у Кабельо нет будущего в мире вне действующего режима. Он находится под американскими санкциями как организатор наркоторговли (арестовано активов на 800 миллионов долларов) и под следствием как организатор покушения на сенатора Марко Рубио (Marco Antonio Rubio), одного из кандидатов в президенты США и наиболее жёсткого критика венесуэльского правительства в Штатах.

Чертовски жаль, но в новом веке напрочь исчезли романтические «дальние края». Они исчерпали себя, как телеграф или телефоны-автоматы. И «далёкая Венесуэла», до которой из Франкфурта 10 часов лёту, теперь совсем под боком у нас с вами. Опасная тревожная и неотвратимая близость не даст нам возможности издалека повеселиться на её бушующем карнавале.




Арсений Каматозов

№ 5, 2019. Дата публикации: 30.01.2019
 
 
оппозиции латинской кабельо неделю венесуэла власти чавеса мадуро президент власть народа гуайдо нефти толпы венесуэлы миллионов семей президента венесуэле америке
 
 

Глава Национальной ассамблеи Венесуэлы Хуан Гуайдо
 

Николас Мадуро
 

в той же рубрике:

 
 
 
       
 
   

 
         
 
         
форум
Имя
 
Сообщение