наше отечество — русский язык
 
   
 
 
 
только у нас


Дорога счастливой зимы, или Пишите бескорыстно!

Давний друг нашей газеты Татьяна Васильевна Куштевская – автор двух десятков книг, выпущенных немецкими издательствами Wostok и Grupello. Сейчас на выходе две новые её книги. В канун их выпуска в свет с писательницей побеседовал наш обозреватель Сергей Дебрер.
 


– Татьяна, ты мне давно говорила, что в твоих замыслах – книга о прекрасных незнакомках, ставших персонажами портретов кисти знаменитых художников. И вот сейчас она выходит. Расскажи, как тебе удалось реализовать свою давнюю мечту?

– Много лет назад, когда я впервые оказалась в залах парижского музея изобразительных искусств д’Орсе, в основе коллекции которого – работы импрессионистов и постимпрессионистов, меня поразил портрет знатной русской дамы. Портрет изумительный! Я полюбовалась им, ушла, потом несколько раз возвращалась к нему. Я просто не могла оторваться от прекрасного лица незнакомки. Репродукции этой работы я в магазине при музее не нашла. Что со мной произошло – непонятно. Я до утра не смогла успокоиться. А утром вновь отправилась в д’Орсе.

Что это за наваждение нашло на меня? Сколько ни пыталась себе объяснить – не могла. Даже вспомнила наши студенческие (ВГИКа) поиски экстатических состояний, коими занималась вся «подпольная» Москва семидесятых-восьмидесятых годов. Все эти ксерокопии, интеллигентские разговоры на религиозные темы – помесь йоги и оккультных книг – и, конечно же, поиски творческого экстаза. Кто-то использовал даже кокаин. Но кокаин был дьяволом-обманщиком: экстаз наступал, но творчески он был абсолютно неплодотворен. Ибо это была попытка проникнуть туда, куда входить надо с ключом, а не с отмычкой… Один мой коллега-сценарист под воздействием кокаина твердил своему другу как заклинание единственную фразу: «Эта женщина губит тебя, эта женщина губит тебя».

Почему-то я вспомнила это, глядя на портрет в д’Орсе. Да, это была именно роковая женщина, её красота завораживала. Кто она? Под портретом надпись: Варвара Римская-Корсакова. Художник – Франц Винтерхальтер. Тот самый немецкий живописец Франц Ксавер Винтерхальтер (Franz Xaver Winterhalter; 1805−1873) – мастер светского и придворного портрета, создавший единственную в своём роде галерею принцесс и аристократок практически всех стран Европы. Его портреты парадны, а тут – женщина полураздета, волосы не убраны в томную причёску, что в те времена было обязательно для выхода в свет. Что-то было в ней тёплое, прекрасное, человеческое… Я восприняла тот портрет, как попытку продышать в тотально-ледяном аристократическом мире какое-то тёплое, воздушное окошко… И в то же время было что-то в ней роковое, от Femme fatale…

С той поры я, «заболев» тем портретом, стала искать, кто же она такая – Варвара Римская-Корсакова? В биографии этой женщины, жившей с мужем в Санкт-Петербурге, а потом уехавшей от него в Париж, было очень много странных недоговорённостей. Но я упорно искала – в архивах, письмах современников, мемуарах. И история жизни этой эмансипированной, смелой и прекрасной дамы XIX века становилась достаточно внятной. Я написала о ней эссе – так родилась книга «Geheimnisse schöner Frauen: Berühmte Künstler und ihre Modelle» («Тайны прекрасных женщин: знаменитые художники и их модели»), которая на этих днях готовится к выпуску дюссельдорфским издательством Grupello. Вот куда завела меня дорога той счастливой зимы 2000-го года!

Следующим объектом моих поисков стала жена Пабло Пикассо (Pablo Picasso) Ольга. Портрет его кисти, написанный в русском стиле, – это воплощение покоя и радости! А через несколько лет жена на его портретах предстаёт монстром, чудовищем. И лики её пронизаны тоской. И сама Ольга – скорбящая, почти сумасшедшая. Как мало о ней материалов и как бесповоротно зачеркнул Пикассо всё, что было связано с его первой женой Ольгой Хохловой. Почему?

Мне повезло: летом 2018 года в Национальном музее Пикассо в Париже открылась большая выставка под названием «Olga Picasso». Как же она помогла мне в работе! Потому что были моменты, когда у меня опускались руки, настолько катастрофически мало было документального материала. Но что интересно: когда я над чем-то работаю, то вся Вселенная начинает помогать мне – вдруг открываются выставки с нужными мне материалами, попадаются на глаза книги, которые могут мне что-то рассказать об интересующих меня персонажах. Мистика?..

– Какая же мистика? Вся твоя творческая жизнь подтверждает верность латинской пословицы Qui quaerit, reperit (кто ищет – находит). Ведь как ты вышла на следы последних лет жизни и творчества гениальной художницы ХХ века Марианны Верёвкиной и погибшей в Освенциме писательницы Ирины Немировской – автора двух десятков романов, в том числе и знаменитой «Французской сюиты»? Искала – и нашла! (Подробнее об этом см. интервью с Т. Куштевской «У России женское лицо» в «РГ/РБ» № 10/2012).

– Спасибо. А сейчас итогом моих поисков стала книга, в которой двадцать литературных портретов прекрасных женщин, чьи образы, запечатлённые кистью всемирно известных художников, экспонируются в ведущих музеях мира. Почти все эти сокровищницы изобразительного искусства я самым старательным образом объездила, дабы увидеть оригиналы. Создатели этих шедевров – Гойя (Francisco de Goya), Рембрандт (Rembrandt van Rijn), Гоген (Paul Gauguin), Пикассо, Крамской, другие того же великого уровня. О них – горы литературы! А вот об их моделях – о тех прекрасных женщинах, которые им позировали – написано крайне мало. И судьбы их порой неизвестны. К примеру – судьба натурщицы «Скрипки Энгра» («Die Violine von Ingres»), авторства одного из важнейших представителей сюр-фотографии ХХ века Мана Рея (Man Ray, урожд. Эммануэль Радницкий), Кто в мире искусства не знает этой женской обнажённой спины, на которой прописаны эфы скрипичной деки?! Но это же монпарнасская модель Кики – знаменитейшая натурщица ХХ века, известная в художественном мире Парижа того времени как Kiki de Montparnasse, – подруга Жана Кокто (Jean Cocteau), вдохновительница Сутина (Chaïm Soutine) и Модильяни (Amadeo Modiljani).

Как только выйдет эта книга, мне предстоит нелёгкий труд – совершить множество авторских литературных чтений-презентаций.

– Чем же сей труд тяжек? Ты – на подиуме в свете софитов, в зале – твои почитатели…

– Ох и не люблю же я этого! И объясню, почему. С самого начала моего творческого пути в Германии, где у меня вышли уже 22 книги, издательства всякий раз, как выходит моя новая книга, устраивают её презентации и тематические дискуссии в библиотеках и книжных магазинах. Но спрашивающие обычно имеет целью не получить ответ по существу, а покрасоваться собственно вопросом. Какие-то претензии, вкусовщина… И постепенно мой интерес к таким литературным вечерам снижался. Конечно, были умные замечания и пожелания, но редко, да, очень редко. У меня есть три человека, вкусу которых я доверяю. Мне интересно их мнение. И мне достаточно их суждений – суждений умных читателей, которые радуют меня порой неожиданно точными подсказками в изображении героя. Я помню пушкинское «Ты сам свой высший суд, взыскательный художник»…

7 и 8 декабря этого года в Вене пройдёт небольшая книжная ярмарка под названием «Buch Quartier». Там, если всё сложится удачно, будет представлена выпущенная берлинским издательством Wostok моя следующая новая книга-путешествие: «Ural. Geschichte und Geschichten» («Урал. История и истории»). Терпеть я не могу снобов с их тягой к модной экзотике. «Урал? Да какой такой Урал? Вот Камбоджа – это да!». Или: «Мы не ездим в места обычные, мы вообще ездим только туда, где нет туристов!».

Это такой снобизм! Урал – протоптанное миллионами туристов место. И протоптано оно не просто так. Миллионы ахнули при виде уральских соборов, необычных памятников, уникальных заповедников, загадочной Молёбки, где, по утверждениям уфологов, происходят паранормальные явления, древнего Аркаима – укреплённого города ариев эпохи III−II тыс. до н. э… Кстати: к Уралу относится и Удмуртия, где Воткинск – родина Петра Ильича Чайковского, где уникальный фольклор и эпос удмуртов, где удивительная кухня. Там, на Урале, вообще богатая кухня, но я полюбила именно удмуртскую. Видимо, возраст вынуждает перейти к более минималистской, лаконичной кухне. Хорошо, конечно, путешествовать в компании единомышленников! Это – сказочная вещь! И мне посчастливилось побывать на Урале именно с такой компанией! И книга родилась и из путешествия на самоходной барже по реке Урал, и из путешествия в Удмуртию со съёмочной группой кинодокументалистов, и из дружбы с семьёй бывшего металлурга Семёна Ошеверова из Магнитогорска. Урал невероятно интересен! Там почти в каждом городе есть свой «гений места» (от лат. genius loki – дух места, в римской мифологии дух-покровитель того или иного конкретного места). Это великий композитор Чайковский, великий хирург Гавриил Илизаров, великий скульптор Иван Шадр…

Вообще, путешествовать я люблю с юности. И по сей день я не привыкла к идее возлежания на песке – на пляжный отдых я не способна. И даже на самых популярных курортах Европы мне через день-два становится тоскливо. И не верю я во всякие экстремальные путешествия. Всё это ненатурально. Человеку вдруг надо повысить уровень адреналина – рисковать жизнью и прочее. Зачем?! В нашей жизни и без того масса таких перепадов, таких бездн, что те, кто специально стремится к этому, обладает, если позволишь так выразиться, признаком душевного нездоровья. Как хорошо просто путешествовать, это же прекрасный способ самопознания. В Париже ты другой, чем на Урале. Тем более что ты чувствуешь почти генетически, что это – твоё прошлое…

Самоограничение и диета – слова не из моего словаря. Никогда не привлекала меня аскеза или подсчитывание калорий. Я люблю поесть! Поэтому у меня есть три книга с рецептами: «Поэзия русской кухни» («Die Poesie der russischen Küche. Kulinarische Streifzüge durch die russische Literatur», «Сибирская кухня» (Küche Sibiriens. Die Kochkunst und die Rezepte der Völker Sibiriens) и «За столом с гением» («Zu Tisch bei Genies. Neue kulinarische Streifzüge durch die russische Literatur»).

Да, всякий может бросить мне упрёк, что чревоугодие входит в число семи смертных грехов. Основание серьёзное: первородный грех Адама и Евы – гастрономический. Они съели яблоко, в то время как Бог запретил им есть плоды с деревьев. Всё так. Но я считаю, что чревоугодие – самый извинительный, самый малый грех. И моя любовь к кухне и вкусным рецептам – это попытка украсить процесс еды, эстетизировать его. Ведь ничем мы в жизни не занимаемся так часто, как едой. И было бы непростительно есть что попало! Не впадая в гастрономический экстаз, я написала о кухне так, что один немец прислал мне самый короткий из всех полученных мною отзывов – он был на книгу «Сибирская кухня»: «Полный восторг!» – написал он. Честно скажу, что дома я чаще всего готовлю рыбу и овощи. Но если мы идём в ресторан, то я заказываю мясо или то, что называлось в советские времена страшным словом «морепродукты».

- Татьяна, вот почти тридцать лет ты пишешь книги (и на немецком, и на русском), успешно издаёшься в Германии, являешься членом Союза немецких писателей (VS), членом Европейского союза писателей KOGGE и EXIL PEN-клуба. О чём чаще всего тебя спрашивают на не очень любимых тобой литературных вечерах молодые немецкие писатели?

– Наиболее частый вопрос: как добиться успеха?

– И твой ответ?

– Каждый раз начинаю его словами мудрого Корнея Ивановича Чуковского: «Пишите бескорыстно. За это больше платят».

– Чуть перефразируя Пушкина, от всего сердца скажу: «Вы прелесть, belle Tatiana!» Удачи тебе, дорогая, и дальнейших творческих успехов!




Беседовал Сергей Дебрер

№ 43, 2018. Дата публикации: 26.10.2018
 
 
татьяна книга свет книги места grupello мире портрет прекрасных кухне урал хх женщина пикассо кухня жизни века урале нашей wostok
 
 

в той же рубрике:

 
 
 
       
 
   

 
         
 
         
форум
Имя
 
Сообщение