наше отечество — русский язык
 
   
 
 
 
жизнь сквозь стекол


«Чистюли» против «барахольщиков»

Люди подразделяются на бесчисленное множество категорий – смотря какой критерий выбрать для систематизации. Если брать отношение к жилью – на чистюль и свиней. Насчёт свиней – это некорректно, конечно, все, кто имел с ними дело, говорят, что животные эти очень чистоплотны, а свинство в свинарнике разводят как раз нерадивые хозяева. Да и неправильно это вообще – тут речь не идёт о личной гигиене; можно жить в предельно захламленной квартире и сверкать безупречной чистотой тела и даже одежды. Описывается, скорее, тип организации пространства вокруг себя, так что пусть будут «чистюли» и «барахольщики». С кем ты имеешь дело, становится ясно, как правило, едва переступишь порог. Есть, конечно, промежуточные варианты: перед приходом гостей, например, жилище сверкает, а в обычное время – всё кверху дном. Но это всё – вариант нормы. Да и кого касается, как человек организует пространство в собственном жилище? Сугубо частное дело. Интимное.
 


Но бывает так, что это сугубо частное дело выходит за рамки нормы. И есть два полюса уже «ненормы». Я продолжу называть их «чистюлями» и «барахольщиками», но сразу предупрежу, что речь пойдёт уже всё-таки о некотором отклонении. Ну, вот вообразите, что кто-то из членов вашей семьи по сто раз за день моет руки – и это не фигура речи. Трёт каждую поверхность по полчаса. Специальным приборчиком – такие есть! – замеряет количество бактерий на этих поверхностях. До остервенения отмывает подошвы не только уличной обуви, но и домашних тапочек. Моет с моющим средством овощи, ягоды и фрукты. Кипятком! Это что, норма? Да нет, конечно. Но и психическим заболеванием специалисты называют это только совсем уже в крайних случаях. Особенность. А вот как с этим жить остальным членам семьи? Не сахар, конечно. Но иногда люди приспосабливаются.

И противоположный полюс: не выбрасывается буквально ничего. Совсем. В доме сохраняется вся пресса, которая однажды туда попала. Все упаковки от купленных товаров. Все пузырьки от использованных жидкостей. Все сломанные приборы. Все рваные носки. Вся сношенная одежда, вся драная обувь… Вы представляете, во что превращается квартира? Верно, в склад немыслимого барахла. А жить где? Вот так-то. Тут, пожалуй, ситуация покруче, чем у «чистюль» – там хоть не надо к кровати пробираться по тропинкам, проложенным в кучах мусора, да и сама кровать свободна от него. Неслучайно, в отличие от «чистюль», «барахольщики», как правило, одиноки – кто ж такое вынесет? Не знаю, как в других городах, а в Мюнхене есть специальные бригады, занимающиеся приведением в порядок жилья таких «месси», как их называют. Просто приходит группа, всё выбрасывает, отмывает, и в квартире, в доме снова можно жить. Оплачивает эту работу, по-моему, город. То есть проблема – реальна.

А теперь представьте себе, что представителей двух этих полюсов «спарили». Нет, не навсегда, на время, разумеется. Всё равно – жуть. А вот канал RTL2 рискнул. Мне представлялось, что этот эксперимент кончится как минимум мордобоем, если не убийством. И ничуть не бывало. Хотя драматургия была жёсткая. Первая пара – двое мужчин. «Барахольщик» лет тридцати и «чистюля» лет пятидесяти. Такое было впечатление, что «чистюля» прямо на пороге рухнет в обморок. Хотя он был в специальном скафандре и вооружён особым чемоданом, в котором было всё необходимое: бахилы, перчатки, приборчик вот этот самый, для измерения количества бактерий, обеззараживающие опрыскиватели – всё. Ну, как-то он справился с собой и начал разгребать эти авгиевы конюшни. Они торговались бешено за каждую стопку газет, за каждую старую коробочку. Но с полным взаимным уважением. Да, конечно, они оба добровольно согласились на этот жестокий эксперимент, контракт, наверное, подписали, даже, может быть, какие-то деньги за это получили, но уважение – не подделаешь. Как и напряжение, которое витало в воздухе. Важно: это не актёры были, реальные живые люди. Актёров я бы вмиг распознала. Ну, если они не гении, конечно, но где же столько гениев найти.

Вторая пара была – мужчина лет шестидесяти и молодая женщина. Вот у неё как раз была семья. Не знаю, сколько раз в день её дети мыли руки, но выглядела она совершенно адекватной. И тоже, бедная, ужасно страдала, зайдя в этот кошмар. А её партнёр, оказывается, пережил драму, с которой, видимо, и взяла старт эта его особенность: у него погибла подруга жизни, покончила с собой. Ну, и конечно, вещи, принадлежавшие ей, нельзя было выбрасывать ни в коем случае. Да и никакие нельзя. Но ведь надо! И она так сострадала ему – аж слёзы на глазах выступали: «Он же мучается, это ужасно». Это вместо того, чтобы сказать: «Ах ты, свинья, убери руки и отпусти сейчас же эту кучу рванья, а то так и сдохнёшь тут, в грязюке!». Вообще вот это поражало во всех участниках: априорное, исходное уважение к человеку. Ни за что, ни почему, просто потому, что он – человек. Антипод же твой? Нет, человек! А как же «Уважение надо заслужить»? Оказывается, не надо. Оно предполагается по умолчанию.

Сделаю страшное признание: я сама барахольщица. Нет-нет, не до такой степени, чтобы тропинки к кровати прокладывать, и вообще, у меня в доме относительно чисто. Но вот одежду выбрасывать страсть как не люблю: а вдруг я потолстею/похудею/постарею/помолодею… ну, видимо, так. И вот моя подруга однажды провернула у меня в доме подобную операцию. Даже говорить не стану, сколько мешков она выбросила. Тоже с полным уважением. Но страдала я ужасно. Помню. Так что всё это очень серьёзно.




Ирина Стекол

№ 7, 2018. Дата публикации: 16.02.2018
 
 
пространство квартире барахольщики правило собственном каждую уважение эксперимент доме частное сугубо дело жилище ужасно руки люди нормы свиней жить чистюль
 
 

в той же рубрике:

 
 
 
       
 
   

 
         
 
         
форум
Имя
 
Сообщение